25.03

< Арктика без границ >

Продолжение кинофестиваля Arctic open: публикуем рецензии на фильмы киномарафона

Киномарафон Arctic open эхо фестиваля, дополнительный бесплатный прокат фильмов для тех, кто не успел посмотреть их в декабре в основные дни. В феврале кинопоказы марафона были в библиотеках, домах культуры, киноклубах и музеях в Холмогорском районе, Североонежске, Коноше, в других районах и городах Поморья, а также в Свердловской области, Республике Коми и Армении. В марте показы были в Архангельске. А с 28 марта по 2 апреля в рамках образовательной программы фестиваля пройдёт инклюзивная мастерская детской анимации от «Союзмультфильма».

Автор: Анастасия Бондина

«Катя и Вася идут в школу», док., 2020 г, реж. Юлия Вишневецкая

«Почему вы считаете, что русские лучше остальных?»

«Хождения в народ» в современной России обрели новые формы — существует множество программ по выезду специалистов из разных областей в провинции, села, деревни и малые города. Некоторые из них — для преподавателей, которые, часто не имея профильного образования, но, обладая альтруистическим желанием сделать мир лучше, отдать свои знания, едут спасать себя и других. В случае москвичей Кати и Васи, сценариста и лингвиста, — школьников где-то в маленьком провинциальном городе. Она — учителем русского языка и литературы, он — географии.

Съемки фильма шли в течение года — по неделе от каждого месяца. Как говорят авторы, в первую половину недели дети реагировали на камеру, кривлялись и бесились, а уже во второй вполне естественно себя вели. Эта естественность, действительно, удивляет и завораживает. Как и художественные приемы — внутри фильма, например, три лежащих на земле персонажа: один из них отдыхающий на лужайке около забора школы, второй — герой Вася, что-то читающий в телефоне, и третий, механик, ремонтирующий автобус. Еще в фильме зафиксирована не полноценная история героев с прелюдией и выводами, а только часть их жизни — мы не услышим, почему Катя и Вася отправились в школу, также и не узнаем о том, что с ними произошло уже после нее. На псевдодокументал может намекнуть еще и сцена с увольнением Кати, где директор на камеру принимает ее заявление, и съемки учителей за работой — в такой близи к камере и в такой естественности при этом сложно представить рядового учителя. Но все, что мы видим, абсолютная правда.

«Катя и Вася идут в школу», в первую очередь, про преодоление. Школа для них — не место работы, а новая среда, работающая по непонятным для них правилам. Здесь для них приготовлены длинная дорога до места работы, дети, которым мало что интересно, вечные отчеты, учителя, не готовые им помогать и поддерживать, марши на линейках и откровенные неожиданности как отдельный класс для цыган.

В действиях авторов, правда, можно заметить некоторый снобизм. Юлия Вишневецкая, режиссер фильма, училась в школе для одаренных детей. Евгения Венгерова, продюсер, — в английской. Поэтому, насколько выборка увиденного относима к правде и показывает реальную картину — большой вопрос. Катя и Вася, звонкие молодые люди, которые хотят привить детям прогрессивные взгляды и показать, как работает мир — возможно, проекция тех учителей, которые уже десятилетиями работают в этой школе и пассивно выступают против них. Но какая у них история? И какая история у молодых учителей, на существование в школе которых авторы только намекают? Мы ничего про них не узнаем. Как ничего не узнаем и про родителей — об их настроении на собрании нам говорят только их лица и смущенные улыбки на слова Кати «вам нужно делиться своим читательским опытом». Из всего этого, сравнение получается только визуальное — оно не вскрывает сути, картина получается негибридной.

Кажется, что суть конфликта картины понятна — столкновение старого и нового, системы и одиночек; заинтересованных, ищущих миллениалов, и дерзких зумеров; смотрящих вширь москвичей и желающих уйти с собрания родителей. Но он не такой плоский и очевидный. Здесь есть столкновение, но это столкновение внутренне, личное. Герои картины абсолютно не готовы к встрече со своей неспособностью работать учителем. В какой-то момент они признают ее и начинают пользоваться методами, бороться с которыми они, как мы можем фантазировать, сюда приехали. Катя грозит двойками до конца четверти за непослушание, обращается за помощью к старшим учителям и просит вызвать родителей в школу, когда не получается привить любовь к чтению ученикам. Вася грозится выгнать за дверь всех, кто говорит одновременно с ним, и собирает телефоны во время контрольной, чего бы у него, конечно, не получилось со столичными детками — те знают, что это незаконно. Катя и Вася готовы придумывать новые способы взаимодействия с детьми: ролевые игры и дебаты, они готовы рассказывать о важных вещах, связанных с самоопределением, но к главному, к встрече с подростками в самом расцвете пубертатного периода, они не готовы.

Как не готовы и сдерживать эмоции — в разговоре о недопустимости выделения людей по национальному признаку, Катя зашивается, она не способна задать вопрос так, чтобы доказать свою точку зрения. А ей в школе объяснили — дискуссия с учениками должна закончиться мнением учителя, с которым все в классе будут согласны. Еще признаки несостоятельности прогрессивных взглядов Кати можно заметить и в других моментах: быстрый вывод об ученике, который плохо себя ведет, вполне себе поверхностный. «У вас заниженная самооценка» — выкинутая Катей совершенно нелепая фраза достойна комментария в социальной сети, но никак не мнению, которое можно транслировать на весь класс о тех людях, которые в нем сидят.

Вася, кажется, готов к встрече с реальностью немного лучше. Отличие взаимодействия Васи с ребятами — он фокусируется не на класс, а на личность, и дети это чувствуют, понимают и идут с ним на контакт намного охотнее. Он знакомится с каждым лично, не ставит учеников в неловкое положение, не говорит, в отличие от второй героини, о том, что он в растерянности, а решает проблемы на месте. 

Из всего этого можно сделать вывод, что руководители программы, в рамках которой Катя и Вася оказались в школе, не проводят психологическую подготовку своих подопечных. Это язва в подготовке кадров в России отражена здесь очень ярко. Вообще, школа здесь — отражение того, что происходит за ее стенами. Она учит подчиняться, бояться, выполнять формальности, после предложения соглашаться на принуждение, скрывать свое мнение, она показывает, что что-то обязательное редко может быть интересным.

Если фильм получился про личное сопротивление, столкновение, то финал — про поражение. Катя увольняется по собственному, а Вася, отвергнутый коллегами, предлагает последний сценарий — поработать с классом цыган. Уже из рассказа авторов мы понимаем, что Катя ушла в сценаристику, как и должна была изначально, а Вася, привыкший к путешествиям, уехал учить людей ногайскому языку. Что они вынесли для себя из этой истории? Нам неизвестно. 

Кстати, учителям фильм не понравился.

«Виктор на Луне», короткий метр, 2020 г, реж. Кристиан Архофф

В мире много странностей, нужно просто к ним привыкнуть

Придя на свое первое свидание, Виктор Лехт садится не за тот столик к Ребекке, которая только что поссорилась со своим мужем. Она ищет приключений вдали от брака и находит Виктора забавным. Это стало началом странной и бурной ночи для них двоих, когда Виктор узнает о жизни и любви больше, чем за всю свою жизнь. 

Это удивительно легкая и сказочная история о тридцатилетнем маменькином сынке, который ничего не знает про окружающий его мир, но готов с ним здороваться за руку, даже если тот этого не хочет. Он не знает, что девушка может не прийти не свидание, о том, почему сад называется «Королевским» — он искренне спрашивает: «А здесь гуляет король?», что на корпоративные мероприятия обычно приходят без друзей и многие, многие другие вещи, которые нам кажутся обыденными. У скандинавского кинематографа особый юмор — юмор неловкости. Но эта неловкость в определенный момент становится чем-то привычным, как и странности вокруг. Может, поняв их, мы сможем улететь на Луну?

Поделиться:

Генеральные партнеры

Официальная площадка